об отношениях
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
об отношениях
Взрослые вокруг меня не практиковали тактильных объятий и поцелуев, не говорили друг другу ласковых слов. Им было важно, чтобы я была сыта, одета по погоде и делала уроки.
Я не знала, что бывает иначе. Даже не догадывалась. И выросла в этом сценарии. Не зная, что любовь может быть синергией нежных слов и мягких объятий.
При этом я была счастлива. Обычным детским счастьем. Детское счастье отличается от взрослого безусловностью и отсутствием анализа происходящего.
Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко. Я называю это «заряжена детством». Внутри постоянно – восторженные салюты. Потому что детство.
У будущего мужа другая история. Он долго не получался у родителей, а потом, уже на пике их отчаяния, вдруг получился. И родился маленький мальчик, пухленький купидончик, и на него вылилась лавина нежности. Мишенька купался в родительском любовании, был обласкан, зацелован, затискан.
Он так и рос, залюбленным пупом земли, целых пять лет, а потом всё кончилось. Родился брат. Потоки нежности пошли в обход первенца.
Мишенька растерялся. Испытал стресс. Пытался понять, почему? Он плохо себя вёл? Сломал самосвал? Он больше так не будет…
Родители были заняты выживанием, барахтались в тугих 90-х. Крохотная комнатка, двое маленьких детей – быт безжалостно выжирал молодость, время и силы. Целовали Мишеньку теперь иногда, по касательной, любовь проходила рикошетом от брата.
Но все равно в семье был культ восхищения детьми и их успехами.
Еще через пять лет родилась сестра.
В десять лет Мишеньке пришлось принудительно повзрослеть. Хорошо учиться, присматривать за братом, гулять с сестрой.
И за взрослость — плата в виде хоть и мимолетной, но обязательной ласки, уставших маминых объятий, папиной руки, запутавшейся в вихрах давно нестриженной шевелюры.
Так Мишенька и рос, ощущая на контрасте дефицит любви, и, повзрослев, упрямо искал в девочках свою потерянную нежность.
И тут судьба, словно насмехаясь, предложила ему меня.
Я была одета в хмурость, закрыта от людей на все замки и щеколдочку. Миша брал штурмом. Прорывался. Завоевывал. Окружил заботой, оформленной в слова и действия. Я не стала выбираться из окружения – сдалась. Ослабила оборону. Разрешила себя целовать.
У Миши были серьёзные намерения. Он привел меня в родительский дом.
— Здравствуй, Оленька, — сказала мама. – Проходи. Мы с папочкой ждем вас с Мишенькой. Сейчас придут Ирочка и Коленька, и будем обедать.
Я была в недоумении.
Я думала, что имя, как одежда, должно расти вместе с носителем. В 4 года можно носить ползунки, а к 20-тилетию нужно купить костюм. В детстве можно быть Оленькой, но к двадцати пора одеться в отчество.
Почему Оленька?
Потом поняла: эта семья — территория уменьшительно-ласкательных суффиксов. Тут все Оленьки, Мишеньки, Коленьки.
Я прошла в комнату. На стенах — дипломы и грамоты детей. Присмотрелась. За четвертое место. За пятое. За участие. Лауреат…
Дети не побеждали в конкурсах, просто участвовали, но родители восторженно видели победу и в факте участия, и, аплодируя, вешали рамочки.
Я опять удивилась. Мои грамоты за победы в Олимпиадах пылились в старой папке с ненужными документами. Мои победы не были культивированы, они были упакованы в пыль. Меня очень боялись перехвалить, и на всякий случай, не хвалили вообще. А вот растут трое перехваленных, и ничего, вроде, нормальные, не зазнавшиеся, вполне себе перспективные дети.
«Надо же, бывает по-другому!» — подумала я, впервые усомнившись незыблемости моего сценария.
Мы с Мишей стали жить вместе.
Он поминутно говорил, что я — красивая. Я раньше как-то не задумывалась, красивая я или так, обычная. А тут… Он не мог пройти мимо, чтобы не выразить свой восторг, смотрел с восхищением, подходил обнять, не веря своему счастью обладания.
«Наверное, я и правда красивая», — подумала я, озадаченно глядя на себя в зеркало, и усилила эффект каблуками и мини. Чтобы подчеркнуть.
Он говорил, что я талантливая. Я подозревала, что он прав, но пока ощущала всё пунктиром, не точно. Мишу же приводил в восторг любой продукт моего творчества. Стихи, статьи, танцы, песни. Ну, первые три пункта – ладно. Но вот песни. У меня нет слуха. Категорически. Я заподозрила мужа в субъективности. Но уже не спорила. Да, талантливая.
Он говорил, что ему со мной повезло. Что «спасибо, что выбрала его».
Я ежедневно привыкала к мысли, что я — звезда. Что мое призвание — светить. А его — аплодировать мне. Это хорошая мысль, к ней удобно привыкать. Она мягкая, приятная телу и душе. Я плыла по жизни в коконе чужого восхищения.
Мне и в голову не приходило, что Миша тоже нуждается в моих аплодисментах. Ждет их и надеется. Зачем? Звезды не аплодирует зрителям…
Без нежности и ласки вполне можно жить. Я же жила! Первые 20 лет…
Я не знала, что любовь нужно зеркалить и возвращать сторицей. Образно говоря, в ответ на «Я тебя люблю», нужно ответить хотя бы «Я тоже», а не «Я знаю». А в ответ на «Ты красивая» нужно сказать: «Это ты красивый!», а не «Да, спасибо!»
Шли годы. Муж отчаялся ждать. Аплодисментами стер ладони в кровь. Аплодисменты стали утихать.
Я к тому моменту признала в себе звезду. Поймала талант за руку. Сформулировала.
И очень удивилась, почему муж вдруг стал хандрить, прыскать раздражением. Рядом с ним живет звезда! Она выбрала его! Что еще надо? Я отчитывала его скандалами за ослабленное восхищение. Давай-ка поактивней там, видишь, я расправила крылья, лечу, скажи мне, как хороша я в полете, что молчишь?
Но он терял интерес к аплодисментам. Стал посматривать на другую сцену.
Дома звезда ходит в халате и ест куриную ножку прямо из кастрюли. Как бы снимает образ в прихожей и надевает перед выходом. И где-то там, на жизненной сцене, стоит, раскинув руки, и отдает энергию. А домой приползает уставшая и разряженная.
А муж должен обогреть, отлюбить, зарядить. Принести чай, укрыть одеялом, сказать: «Боже, какая же ты невероятная!» А за это – плата в виде халата и куриной ножки.
Миша понял, что ошибся. Что я не находила его потерянную нежность, и не смогу ее вернуть.
Однажды я, красивая, умная и талантливая, пришла домой и услышала пустоту. Никто не хлопал и не заваривал чай. Никто не приготовил бензин восхищения – залить в мой бензобак таланта.
И в этот момент я поступила как настоящая женщина. Я — обиделась. Как он мог? Неблагодарный, безответственный человек. А говорил, что любит. Лжец. Я испытывала злость. И желание отомстить. Отомщу-ка я ему своим успехом.
Он будет идти по улице и на каждом столбе видеть мои афиши. По радио –анонс моего выступления. Он включит телевизор – а там я. И он станет кусать локти и проситься назад. Но я не пущу. Я гордая. Я не прощаю предательства.
Шло время. Я упала навзничь в глухую депрессию. Пустой бензобак отказывался творить без дозаправки. Не пелось, не писалось, не танцевалось. Только лежалось лицом в подушку. Страдалось. Хандрилось.
Я вдруг заметила своего мужа. Услышала. Потерявши — заплакала.И стала кусать локти и проситься назад.
Я научусь, обязательно научусь нежности. Я буду возвращать ее тебе порционно, только дай мне этот кредит доверия. Я обещаю, это будет прекрасная кредитная история, со своевременностью каждого платежа.
И я стала учиться любить своего мужчину. Восхищаться. Боготворить. Оформлять свою любовь в слова и поступки. В смс-ки, объятья, вязаные свитера. В утренний горячий кофе, в укрывание его, заснувшего, пледом, в замечание его настроения. В «ешь, всё готово», в «дай, я поглажу», в «нет, лучше галстук». В «ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ».
Эта история с хеппи эндом.
Она про «сердцу не прикажешь». Про склеенное счастье. Про «я люблю тебя — нет, это я люблю тебя!» Про спасибо за день, спасибо за ночь, спасибо за сына и за дочь.
Но самое главное, она про то, что любви надо учиться. Вдохновенно и самоотверженно. И благодарить Бога за эту возможность, и обожать эту науку и всегда с радостью спешить на этот самый любимый предмет в школе жизни.
И тогда всё получится. И найдется потерянная нежность, и приумножится, и отольется дивидендами в счастливых глазах наших детей, которые растут в правильном жизненном сценарии, и, повзрослев, подарят любовь своим половинкам, и родят новых счастливых детей.
И концентрация счастья вокруг стихийно увеличится.
И люди станут друг другу улыбаться.
Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко.
http://thejizn.com/2016/02/26/kak-nauchitsya-lubit/
Я не знала, что бывает иначе. Даже не догадывалась. И выросла в этом сценарии. Не зная, что любовь может быть синергией нежных слов и мягких объятий.
При этом я была счастлива. Обычным детским счастьем. Детское счастье отличается от взрослого безусловностью и отсутствием анализа происходящего.
Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко. Я называю это «заряжена детством». Внутри постоянно – восторженные салюты. Потому что детство.
У будущего мужа другая история. Он долго не получался у родителей, а потом, уже на пике их отчаяния, вдруг получился. И родился маленький мальчик, пухленький купидончик, и на него вылилась лавина нежности. Мишенька купался в родительском любовании, был обласкан, зацелован, затискан.
Он так и рос, залюбленным пупом земли, целых пять лет, а потом всё кончилось. Родился брат. Потоки нежности пошли в обход первенца.
Мишенька растерялся. Испытал стресс. Пытался понять, почему? Он плохо себя вёл? Сломал самосвал? Он больше так не будет…
Родители были заняты выживанием, барахтались в тугих 90-х. Крохотная комнатка, двое маленьких детей – быт безжалостно выжирал молодость, время и силы. Целовали Мишеньку теперь иногда, по касательной, любовь проходила рикошетом от брата.
Но все равно в семье был культ восхищения детьми и их успехами.
Еще через пять лет родилась сестра.
В десять лет Мишеньке пришлось принудительно повзрослеть. Хорошо учиться, присматривать за братом, гулять с сестрой.
И за взрослость — плата в виде хоть и мимолетной, но обязательной ласки, уставших маминых объятий, папиной руки, запутавшейся в вихрах давно нестриженной шевелюры.
Так Мишенька и рос, ощущая на контрасте дефицит любви, и, повзрослев, упрямо искал в девочках свою потерянную нежность.
И тут судьба, словно насмехаясь, предложила ему меня.
Я была одета в хмурость, закрыта от людей на все замки и щеколдочку. Миша брал штурмом. Прорывался. Завоевывал. Окружил заботой, оформленной в слова и действия. Я не стала выбираться из окружения – сдалась. Ослабила оборону. Разрешила себя целовать.
У Миши были серьёзные намерения. Он привел меня в родительский дом.
— Здравствуй, Оленька, — сказала мама. – Проходи. Мы с папочкой ждем вас с Мишенькой. Сейчас придут Ирочка и Коленька, и будем обедать.
Я была в недоумении.
Я думала, что имя, как одежда, должно расти вместе с носителем. В 4 года можно носить ползунки, а к 20-тилетию нужно купить костюм. В детстве можно быть Оленькой, но к двадцати пора одеться в отчество.
Почему Оленька?
Потом поняла: эта семья — территория уменьшительно-ласкательных суффиксов. Тут все Оленьки, Мишеньки, Коленьки.
Я прошла в комнату. На стенах — дипломы и грамоты детей. Присмотрелась. За четвертое место. За пятое. За участие. Лауреат…
Дети не побеждали в конкурсах, просто участвовали, но родители восторженно видели победу и в факте участия, и, аплодируя, вешали рамочки.
Я опять удивилась. Мои грамоты за победы в Олимпиадах пылились в старой папке с ненужными документами. Мои победы не были культивированы, они были упакованы в пыль. Меня очень боялись перехвалить, и на всякий случай, не хвалили вообще. А вот растут трое перехваленных, и ничего, вроде, нормальные, не зазнавшиеся, вполне себе перспективные дети.
«Надо же, бывает по-другому!» — подумала я, впервые усомнившись незыблемости моего сценария.
Мы с Мишей стали жить вместе.
Он поминутно говорил, что я — красивая. Я раньше как-то не задумывалась, красивая я или так, обычная. А тут… Он не мог пройти мимо, чтобы не выразить свой восторг, смотрел с восхищением, подходил обнять, не веря своему счастью обладания.
«Наверное, я и правда красивая», — подумала я, озадаченно глядя на себя в зеркало, и усилила эффект каблуками и мини. Чтобы подчеркнуть.
Он говорил, что я талантливая. Я подозревала, что он прав, но пока ощущала всё пунктиром, не точно. Мишу же приводил в восторг любой продукт моего творчества. Стихи, статьи, танцы, песни. Ну, первые три пункта – ладно. Но вот песни. У меня нет слуха. Категорически. Я заподозрила мужа в субъективности. Но уже не спорила. Да, талантливая.
Он говорил, что ему со мной повезло. Что «спасибо, что выбрала его».
Я ежедневно привыкала к мысли, что я — звезда. Что мое призвание — светить. А его — аплодировать мне. Это хорошая мысль, к ней удобно привыкать. Она мягкая, приятная телу и душе. Я плыла по жизни в коконе чужого восхищения.
Мне и в голову не приходило, что Миша тоже нуждается в моих аплодисментах. Ждет их и надеется. Зачем? Звезды не аплодирует зрителям…
Без нежности и ласки вполне можно жить. Я же жила! Первые 20 лет…
Я не знала, что любовь нужно зеркалить и возвращать сторицей. Образно говоря, в ответ на «Я тебя люблю», нужно ответить хотя бы «Я тоже», а не «Я знаю». А в ответ на «Ты красивая» нужно сказать: «Это ты красивый!», а не «Да, спасибо!»
Шли годы. Муж отчаялся ждать. Аплодисментами стер ладони в кровь. Аплодисменты стали утихать.
Я к тому моменту признала в себе звезду. Поймала талант за руку. Сформулировала.
И очень удивилась, почему муж вдруг стал хандрить, прыскать раздражением. Рядом с ним живет звезда! Она выбрала его! Что еще надо? Я отчитывала его скандалами за ослабленное восхищение. Давай-ка поактивней там, видишь, я расправила крылья, лечу, скажи мне, как хороша я в полете, что молчишь?
Но он терял интерес к аплодисментам. Стал посматривать на другую сцену.
Дома звезда ходит в халате и ест куриную ножку прямо из кастрюли. Как бы снимает образ в прихожей и надевает перед выходом. И где-то там, на жизненной сцене, стоит, раскинув руки, и отдает энергию. А домой приползает уставшая и разряженная.
А муж должен обогреть, отлюбить, зарядить. Принести чай, укрыть одеялом, сказать: «Боже, какая же ты невероятная!» А за это – плата в виде халата и куриной ножки.
Миша понял, что ошибся. Что я не находила его потерянную нежность, и не смогу ее вернуть.
Однажды я, красивая, умная и талантливая, пришла домой и услышала пустоту. Никто не хлопал и не заваривал чай. Никто не приготовил бензин восхищения – залить в мой бензобак таланта.
И в этот момент я поступила как настоящая женщина. Я — обиделась. Как он мог? Неблагодарный, безответственный человек. А говорил, что любит. Лжец. Я испытывала злость. И желание отомстить. Отомщу-ка я ему своим успехом.
Он будет идти по улице и на каждом столбе видеть мои афиши. По радио –анонс моего выступления. Он включит телевизор – а там я. И он станет кусать локти и проситься назад. Но я не пущу. Я гордая. Я не прощаю предательства.
Шло время. Я упала навзничь в глухую депрессию. Пустой бензобак отказывался творить без дозаправки. Не пелось, не писалось, не танцевалось. Только лежалось лицом в подушку. Страдалось. Хандрилось.
Я вдруг заметила своего мужа. Услышала. Потерявши — заплакала.И стала кусать локти и проситься назад.
Я научусь, обязательно научусь нежности. Я буду возвращать ее тебе порционно, только дай мне этот кредит доверия. Я обещаю, это будет прекрасная кредитная история, со своевременностью каждого платежа.
И я стала учиться любить своего мужчину. Восхищаться. Боготворить. Оформлять свою любовь в слова и поступки. В смс-ки, объятья, вязаные свитера. В утренний горячий кофе, в укрывание его, заснувшего, пледом, в замечание его настроения. В «ешь, всё готово», в «дай, я поглажу», в «нет, лучше галстук». В «ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ».
Эта история с хеппи эндом.
Она про «сердцу не прикажешь». Про склеенное счастье. Про «я люблю тебя — нет, это я люблю тебя!» Про спасибо за день, спасибо за ночь, спасибо за сына и за дочь.
Но самое главное, она про то, что любви надо учиться. Вдохновенно и самоотверженно. И благодарить Бога за эту возможность, и обожать эту науку и всегда с радостью спешить на этот самый любимый предмет в школе жизни.
И тогда всё получится. И найдется потерянная нежность, и приумножится, и отольется дивидендами в счастливых глазах наших детей, которые растут в правильном жизненном сценарии, и, повзрослев, подарят любовь своим половинкам, и родят новых счастливых детей.
И концентрация счастья вокруг стихийно увеличится.
И люди станут друг другу улыбаться.
Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко.
http://thejizn.com/2016/02/26/kak-nauchitsya-lubit/
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
об отношениях
Источник: http://www.vladtime.ru/nauka/637202 ©
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
об отношениях
В Китае существует обычай, позволяющий девушке претендовать на плату за расставание («фэньшоу фэй») или эмоциональную компенсацию («ганьцин пэйчан») в случае разрыва отношений с молодым человеком, которому она, по ее мнению, отдала лучшие годы. Встречается и обратная ситуация, когда деньги требует мужчина. Иногда такие споры доходят до суда. В 2008 году, по сообщению Forbes, пекинский суд обязал мужчину выплатить бывшей девушке 30 тысяч юаней (291 тысяча рублей). В провинции Аньхой суд, рассматривавший жалобу женщины, требовавшей за расставание 100 тысяч юаней (970 тысяч рублей), заключил, что законов, предписывающих платить именно такую сумму, нет.
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
- дворник рязанский
- Posts: 12020
- Joined: Tue Feb 03, 2015 12:26 pm
- Location: Montreal
Who is online
Users browsing this forum: No registered users and 66 guests